Особая примета: репатриант с бородой

Чего только не найдешь в старых документах, какими только перлами не налюбуешься!

Вот попалась официальная бумага, выданная в 1854 году Моше-Лейбу Ройзману. Среди прочих подробностей жизни Моше обратила на себя внимание графа: особые приметы. Здесь прописано:

Волосы – курчавые

Глаза – серые

Лицо – чистое

Подбородок - заросший 

Что же примечательного нашли власти в стандартном описании?

Разве что подбородок не являлся тогда составляющей лица, а существовал как бы отдельно? Или все евреи носили о ту пору такие густые бороды, покрывающие все лицо, что Лейб среди них выделялся? Или, наконец, население поголовно страдало накожной болезнью лица, а потому следовало обратить внимание на подозрительную чистоту еврейского лица?

Думается, что вовсе не борода явилась главной приметой, а еврейство. Куда уж от такой особенности денешься да с такой фамилией: Моше-Лейб Ройзман.

Хотя чиновничью логику того времени разгадать трудно, но и логику нынешних – не всегда понять можно.

В другое время и в другом месте сунул как-то я свой длинный нос (тоже особая примета) в классный журнал. Следует заметить, что такие журналы сегодня – анахронизм в Израиле, так как обычно вся школьная информация скрыта в недрах Интернета. Посмотрел оценки учеников 12 класса и бросились в глаза примечания учителей, где они отмечают поведение учеников.

Замечания касались Владимира – кстати, весьма прилежного ученика. Как поведали примечания, он не только хорошо учится, но и ведет себя корректно, выполняет домашние задания, не пропускает уроки.

Вдруг среди прочих обычных замечаний мелькнула запись учительницы литературы: новый репатриант.

Сразу вспомнились особые приметы Моше-Лейба. Вскипели в голове недоуменные вопросы, обращенные к нынешним властям: зачем обращать внимание в классном журнале на дату репатриации, чем новый репатриант отличается от старого?

- То ли успевающий по другим предметам Вова по литературе списан в особую группу (хотя тут же стоят положительные оценки по ТАНАХУ и ивриту);

-  то ли новый репатриант по определению не состоянии осилить литературу;

- а скорее всего это сигнал, знак тем, кто на минуту забылся и принял его за обычного ученика. Знай, с кем имеешь дело.

Логику учителя понять можно: ученик вроде и ничего, но с пометочкой в графе.

Теперь и вовсе пример из другой оперы. Там мы сталкивались с деловыми бумагами, а здесь показания офицерской косточки, я бы сказал деловая военная реляция.

Заглянем в книгу Ариэля Шарона «Неизвестные солдаты». Речь идет о войне за Независимость. В роту, которой командовал Шарон, прибыло пополнение. Эмигранты из Польши. Вид солдат поразил даже видавшего виды боевого офицера: до того они были измучены, подавлены, растеряны, не приспособлены к военному делу. Это были жертвы войны, прошедшие немецкие концлагеря, погромы в Польше, британские лагеря на Кипре и добравшиеся в конце концов до Палестины. Сердце его дрогнуло: «Никто из них не вскрикнул: дайте нам хотя бы вздохнуть после всего, что мы пережили!» Ведь командир знал, что даже многие старожилы еврейского ишува всячески уклонялись от своего воинского долга, чего же требовать от этих бедолаг!?

А теперь вернемся к особым приметам.

Шарон отдает дань неизвестным солдатам, сложившим свои головы. Но и отмечает разницу. Непреодолимую грань между теми, для кого эта масличная роща возле Хульды – родная земля. И теми чужаками, которые никак не вписывались в местный пезаж, резко контрастировали с чужой для них землей. Для него это люди из другого мира, инопланетяне, с которыми не пообщаешься. Безвестные чужаки, которых никто не ждал дома, безымянное «пушечное мясо», похороненное в братских могилах.

И если вам еще не надоели особые приметы репатрианта, остановимся на последнем примере.     

В газете «Хаарец» мелькнула статейка о предстоящих выборах. Остроумная, забавная, но опять же среди блестящих острот и едких замечаний вылезают все те же ослиные уши особых примет. Все те же знакомые нам знаки-пометы: снова новые репатрианты мешают спокойно жить. И почему о них нужно постоянно говорить: «Извиняюсь за выражение, но эти русские, как шило в заднице. Только вчера мы составили изумительный предвыборный список, как вдруг кто-то вспомнил, что забыли русских. В три часа ночи вспомнили, что нет русских и нашли крайнего срочно искать русских для списка. Где я вам найду русских?»

Вот все хорошо: глаза серые, волосы вымыты и одет аккуратно, но не наш. Подбородок почему-то заросший на личике чистом. Такова неизгладимая печать нового репатрианта в Израиле. 

Яков Бендерский